Яркие политические события 2016 года, среди которых, несомненно, отказ Великобритании от членства в Европейском союзе и выборы новым президента США Дональда Трампа, обещавшего сосредоточить свое внимание на внутренней политике государства, отчетливо показали нежелание многих стран идти по пути глобализации. Это переворачивает устоявшуюся картину современного постоянно развивающегося мира – вместо того, чтобы по-прежнему способствовать смешению наций и стиранию границ, политические лидеры, как и сами граждане, предпочитают «закрываться» на своей территории.

Однако подобная теория остается лишь теорией до середины 2017 года, когда состоятся выборы двух наиболее влиятельных европейских лидеров – канцлера Германии и президента Франции. Интересно отметить, что начало 2017 года обозначило «откат» к прежним проглобалистским тенденциям – парламентские выборы в Нидерландах, где на кресло премьер-министра претендовал Герт Вильерс, приверженец националистических взглядов, разделяющий идею евроскептицизма , закончились его поражением – должность занял Марк Рютте, ранее также занимавший пост премьер-министра и придерживающийся менее радикальных взглядов.

Если парламентские выборы в Германии пройдут только в сентябре 2017 года, и, высока вероятность, что их результаты не повлияют на роль страны в рамках Евросоюза, так как «центробежные» взгляды не разделяют главные кандидаты на пост канцлера (стоит отметить, что основная борьба идет между Мартином Шульцем (бывшим председателем Европейского, лидером Социал-демократической партии Германии) и Ангелой Меркель (действующим канцлером, представителем блока Христианско-демократического союза и Христианско-социального союза)), то французские президентские выборы апреля – мая более интересны. В работе мы более подробно остановимся на анализе кандидатов на пост президента Франции, а также определим их вероятное влияние на мировые политические процессы на данном посту.

Во-первых, важно указать на то, что кандидатов, претендующих на пост президента – одиннадцать, однако, основная борьба идет между тремя – Эммануэлем Макроном, экономистом и основателем политического движения «Вперед!», Марин Ле Пен, главой партии «Национальный фронт» и Франсуа Фийоном, представителем республиканцев и бывшим премьер-министром. Последний, несмотря на громкий коррупционный скандал и рейтинговые потери, удерживает третье место, с 19 – 20 % голосов, при 23 – 26 % у двух других кандидатов.

Кроме того, стоит указать и возрастающую роль четвертого кандидата – Жана-Люка Меленшона, который, неожиданно и достаточно резко прибавив около 5% в апреле, практически сравнялся в популярности с Фийоном (за него готовы проголосовать около 18 – 20 % граждан). Во-вторых, основываясь на приведенных выше результатах опросов, мы можем утверждать, что, так как ни один из четырех не получит абсолютного большинства в первом туре выборов, то два кандидата, набравших наибольшее число голосов встретятся во втором. Распределение результатов при этом предполагается таким (включены наиболее вероятные комбинации с учетом 4-х кандидатур):

Кандидаты: BVA ODOXA
Э. Макрон — М. Ле Пен 64 % — 36 % 61 % — 39 %
Э. Макрон – Ф. Фийон 64 % — 36 % 67 % — 33 %
Э. Макрон – Ж.-Л. Меленшон 58 % — 42 % 60 % — 40 %
Ф. Фийон – М. Ле Пен 58 % — 42 % 52,5 % — 47,5 %
Ж.-Л. Меленшон — М. Ле Пен 60 % — 40% 58 % — 42 %
Ж.-Л. Меленшон – Ф. Фийон 58 % — 42 %

 

Таким образом, мы видим, что, в зависимости от центра, собирающего данные, предполагаемые результаты второго тура могут отличаться в процентном соотношении, однако не слишком существенно. С наибольшей вероятностью при стабильном развитии событий следующим президентом Франции станет Эммануэль Макрон, однако, важно отметить и то, что никогда ранее поддержка представителя партии «Национальный фронт» на президентских выборах не была настолько высока, чтобы ее можно было бы приравнять к поддержке кандидата, выставленного второй по величине партией – республиканцами (при этом, рейтинг кандидата от крупнейшей Социалистической партии – Бенуа Амона по данным за апрель не превышает 10 %) .

Рассматривая программы четырех кандидатов в президенты, имеющих наибольшую поддержку общества, стоит отметить, что только Марин Ле Пен отстаивает идеи «жесткого» евроскептицизма.

Так, 1 пункт ее программы — «144 президентских обязательств» гласит: «Вернуть нашу свободу и контроль над нашей судьбой, восстановив суверенитет французского народа (монетарного, законодательного, территориального, экономического). Для этого, будут начаты переговоры с нашими европейскими партнерами, с последующим референдумом по вопросу о членстве в Европейском Союзе».

Соответственно, Фрекзит, который может нанести существенный удар по ЕС, а также по дальнейшему распространению глобализационных тенденций, состоится с низкой вероятностью – если, как мы отметили ранее, рейтинг Ле Пен в первом туре довольно высок, то во втором она проигрывает трем другим кандидатам, что, вероятно, может быть объяснено ростом поддержки «центробежных» взглядов в целом, однако, радикальная интерпретация пути развития, представленная «Национальным фронтом», отталкивает потенциальных избирателей. Иными словами, общество формулирует власти определенный «запрос» на проведение протекционистской политики и сохранение суверенитета страны (что в определенной мере объясняется, в частности, угрозами, привнесенными иммиграционным кризисом), однако не ожидает получить националистический вариант решения существующих проблем.

Вероятно, именно поэтому столь высокой поддержкой пользуется Эммануэль Макрон, который до начала электоральной компании был мало известен. Его политическое движение «Вперед!», предлагает ряд существенных реформ, преимущественно в экономической сфере.  Однако, что касается политики в отношении ЕС, то он позиционирует Союз, как необходимую опору для развития Франции, на базе которой решаются ключевые проблемы (в частности, проблема безопасности), подчеркивая, что «истинный суверенитет в действиях европейских стран на обновленной демократической основе» . Программы Франсуа Фийона и Жана-Люка Меленшона не предполагают перемен в отношениях с Евросоюзом: сбалансированные отношения в рамках независимой и сильной Европы, способной защитить свои интересы – именно такое видение предлагают обе политические программы.

Итак, современные политические системы, как отмечал еще Ульрих Бек, в полной мере ощущают разрастающийся конфликт в расстановке приоритетов между национально-государственной политикой и переходом в поле деятельности мирового общества: выбор между национальным государством (защитой суверенитета, протекционизмом) или трансформацией в транснациональное государство стоит крайне остро. Национальные границы могут быть трансформированы исключительно «под воздействием изменений в сознании граждан», последние, в свою очередь, влияя на политические процессы в соответствии со своими убеждениями, могут преобразовать государственный курс (пример британского референдума крайне показателен в данном случае).

Интересно, что в последние два-три года наблюдается рост националистических взглядов (в частности, социологические опросы, проведенные на волне новостей о Брекзит показали высокий процент поддержки выхода из ЕС в Италии, Франции, Швеции и ряде других стран ) и, как следствие, в кейсе Европы – усиление позиций евроскептиков. Поскольку, как мы отметили ранее, вероятность победы Марин Ле Пен на президентских выборах достаточно низка, а выборы канцлера Германии, вне зависимости от итога, не представляют возможности для прихода к власти «центробежных» сил, нельзя говорить об действительном отходе развитых стран от идей глобализации. Более полную информацию для анализа может предоставить лишь следующий электоральный цикл, когда националистические тенденции в наиболее влиятельных странах мира либо усилятся, либо утратят часть приверженцев.

Статья на тему роль президентских выборов во франции